Маркетинговые исследования рынков текстиля и легкой промышленности
Новости текстильного и сырьевого рынков: Швейные изделия

 
КонтактыЗаказные маркетинговые исследования рынковОбзоры рынка текстиляТекстильный рынок в условиях кризиса. Кризис исследования.Оформить подпискуПроектыОб агентствеОбратная связьТекстиль в Сети
Карта сайта Анализ рынков :: Новости текстиля :: Швейные изделия
Телефон: +7 495 507-36-33

Легкую и текстильную промышленность перевели в разряд 'Прочее'...

17.06.2004. 'Никакой промышленной политики в нашей стране нет!' Слова эти мне приходилось слышать и в 1996 году, когда Россия 'пела и плясала' перед президентскими выборами. То же самое слышу и сейчас, через восемь лет после той широкой по размаху и дикой 'свадьбы'.

Причем говорят это не какие-то дилетанты, и не по инерции, а профессиональные управленцы, строго соизмеряя сказанное с существующим положением вещей.

Перед лицом небывалых перемен конца прошлого века из всех отраслей легкая и текстильная промышленность оказалась в стране самой незащищенной. Лишь один факт для иллюстрации. В общих объемах российского производства доля легкой промышленности с 25 процентов в 90-х годах уменьшилась до 1, 5 в настоящее время. Падение вдвое большее, чем в среднем по промышленности.

Хуже того, текстильные, швейные, кожевенные и прочие предприятия отрасли, расположенные в привлекательных районах крупных городов, а в особенности - столицы, стали лакомой, и, к несчастью, самой легкой добычей для скупщиков акций и земельных спекулянтов. Можно прямо заявить, что сегодня легкая промышленность -'отрасль с женским лицом' - отдана в России фактически на растерзание и растаскивание нескольким очень богатым, мощным, жестко организованным структурам. За которыми, вполне возможно (такие предположения существуют), стоят персоналии, входящие в высшие круги исполнительной власти и правоохранительных органов. Процесс захвата обычно предваряется серьезной идеологической обработкой общественного мнения. Вокруг отрасли искусственно создается ореол 'бесперспективности', даже 'обреченности'. А на конкретных предприятиях, как предполагают аналитики, заранее совершаются подкупы руководителей с целью максимального ослабления производства и понижения морального духа коллектива. То есть, чтобы под разными предлогами не платить зарплату. До тех пор, пока человек, ощутив себя, как на краю дымящейся пропасти, не продаст последнее - акции...

Все происходящее в легкой промышленности и вокруг нее обусловлено большим числом факторов, некоторые из которых лично мне кажутся самыми существенными.

Фактор первый: бесприютность

В конце 1990-х директора крупных предприятий, вице-мэры и вице-губернаторы, курирующие промышленность, как правило, затруднялись отыскать в структуре федерального правительства орган с неразмытыми полномочиями, а главное - обязанностями, касающимися любой из конкретных отраслей. Все было половинчатым, недодуманным, наконец, недоделанным. Даже глубокое семантическое значение последнего из сравнений далеко не передает того уровня эмоций, которое вызывало у названных категорий руководителей общение с этими декоративными органами, фактически лишенными полномочий. Решить вопрос, связанный с промышленностью, даже если он имел государственное значение, в том правительстве было практически невозможно. Как, впрочем, и со всеми предыдущими - в бурное десятилетие...

Что происходит сегодня?

Дела обстоят следующим образом. Конкретные отрасли пока что задвигаются еще глубже - в недра новых федеральных агентств, вместо прежних министерств. По сведениям достоверных источников, на шесть гражданских отраслей, сосредоточенных в комплексе нового Агентства по промышленности, создана пока лишь одна маленькая структура, численностью в 34 человека. Каждая из шести отраслей, которыми займется горсточка в три десятка специалистов, - глыба. Это и металлургия, и машиностроение, и химическая, и медицинская, и лесная промышленность. Здесь же и рассматриваемая нами легкая и текстильная промышленность. И этой нашей отраслью, как становится ясно путем несложных арифметических подсчетов, займутся в федеральном агентстве не более 5-6 человек. Ну, в лучшем случае, в будущем, возможно, образуется отдел из 10 - 12 человек...

Круг обязанностей у этих специалистов очень широк: взаимодействие с регионами и конкретными предприятиями, вопросы субсидирования и проблемы собственности. Они же должны формировать промышленную политику и проявлять законодательную инициативу.

Уже сейчас, по свидетельству тех же источников, специалисты в этой правительственной структуре едва успевают прочитывать документы. Все это грозит тем, что ответственным за легкую промышленность на уровне страны и в будущем, как и в недавнем прошлом, времени не будет хватать даже на сочинение справок о состоянии отрасли. А уж решать многочисленные проблемы отрасли чиновникам, не имеющим в своем распоряжении ни времени, ни необходимых механизмов управления, тем более, невозможно.

Есть элементы, но нет никакой целостности, есть осколки вместо мозаики. Потому и не складывается промышленная политика - ни в отдельных отраслях, ни целиком в государстве. Легкая же промышленность в коридорах власти себя чувствует особенно бесприютной. Даже на фоне всех остальных. Лоббировать ее интересы там практически некому. Зато много тех, кто настроен против существования отрасли вообще.

Фактор второй: поглощаемость

Возможно, кто-то скажет, прочитав эти строки, что автор, не будучи экономистом, делает попытку вместо доказательности своих доводов опереться на убедительность тона. То есть разводит 'чистую пропаганду'. В современных учебниках по экономике зафиксировано как аксиома, что рынок способен решать главные экономические проблемы без вмешательства государства.

Однако и на солнце есть пятна. И рынок далеко не свободен от 'слабостей', что признается в том числе и в учебниках.В частности, если государству никак не регулировать рынок, то он вполне может стереть с лица земли целый ряд необходимых обществу отраслей. Разумеется, я имею в виду российскую землю. Нет, никто намеренно не собирался жать на клавиши патриотизма. Просто некоторые факты сами вызывают в душе отклик, будоражащий в том числе и чувства этого рода.

Вот, скажем, очень хорошо известно, что у правительства Москвы есть своя, если не политика, то хотя бы твердая линия по сохранению и развитию промышленности в городе. Возможно, была бы и 'политика', однако трудно проводить ее в условиях, когда вышестоящая структура постоянно нависает, подобно снежному карнизу, способному, сорвавшись, до основания смести все сделанное.

Но вернусь к предмету разговора. Итак, в Москве, несмотря на линию ее руководства, за период 2001 - 2003 годов 30 предприятий легкой промышленности подверглись скупке акций. При этом 20 из них после этого прекратили свою производственную деятельность. Этот факт отмечен в аналитической справке, подготовленной управлением развития легкой и пищевой промышленности Департамента науки и промышленной политики столицы. Естественно, что случившееся вызвало снижение объемов производства - на 650 миллионов рублей в среднем по отрасли, или на 10 процентов.

То, что развитие производства не относится к приоритетным задачам новых собственников, - это не новость. Парадокс состоит в другом. В принципе логика действий фирм-скупщиков в рыночной экономике фактически полностью сливается с официальной логикой государства, юридически оформленной Федеральным законом 'Об акционерных обществах'. Напомним, что в этот документ, несмотря на многочисленные обращения пострадавших в результате передела, до сих пор не внесены поправки. Хотя бы те, что могли бы помешать избежать этой участи - печальной участи 'поглощения' успешно работающим и рентабельным предприятиям.

Земля в Москве стоит дороже расположенных на ней 'основных фондов' - фабрик, заводов и цехов. Вопрос вопросов и аргумент аргументов, используемые скупщиками и теми, кто за ними стоит: выгодно ли содержать предприятия легкой промышленности (как и любой другой) в столице? Зачем упорствовать правительству Москвы, цепляясь за общечеловеческие ценности, в стремлении защитить тех, кто уже проиграл, продав свои ценные бумаги задешево?

Зачем правительство столицы выпустило, к примеру, постановление 'О мерах по сохранению промышленного потенциала города Москвы' (N 599-ПП от 29 июля 2003 года), направленное на противодействия стихийному переделу собственности в промышленном секторе?

- Во-первых, следует учитывать наличие мобилизационных мощностей в легкой промышленности, как и во всех остальных промышленных отраслях, - считает заместитель начальника управления развития легкой и пищевой промышленности уже названного нами столичного департамента Раиса Мельникова. - Не буду называть конкретные цифры, скажу лишь, что объемы достаточно серьезные. Сейчас это никем, кроме правительства Москвы, как бы и не учитывается. Ну, а если вдруг, не дай Бог, страна окажется в условиях войны? Кто может дать стопроцентные гарантии? Недаром же говорят на Руси о необходимости держать порох сухим...

- Не могу согласиться с такой постановкой вопроса - нужна или не нужна наша отрасль для Москвы или для России в целом, -говорит председатель российского профсоюза работников легкой и текстильной промышленности Татьяна Соснина. - Безусловно, она нужна. Возьмите практику всех цивилизованных стран мира, например, США, Италии, Франции, Испании. Там доля легкой промышленности в структуре экономики - от 8 до 12 процентов. Мы хотим, чтобы в правительстве России определились концептуально - как создать условия для развития текстильной и легкой промышленности, чтобы она заняла достойную нишу в структуре нашей экономики, какую она занимает в странах зарубежной Европы.

И об оборонном заказе мы, естественно, обязаны помнить. Конкретный пример. В Москве есть лентоткацкая фабрика. Это уникальное, единственное в России предприятие, работающее на нашу космическую отрасль. И эту фабрику сейчас пытаются скупить и остановить ее деятельность. Никто не думает о том, что если такое произойдет, то повлечет за собой перебои в развитии космической отрасли.

И, наконец, почему мы с таким упорством отбрасываем человеческий фактор? Куда денутся люди, проработавшие в легкой промышленности десятки лет? Напомню, что абсолютное большинство из них - это женщины, матери.

Фактор третий: человеческий

По сложившейся практике, с этим фактором проблем у нашей власти обычно куда меньше, нежели со всеми остальными. Но прежде чем высказать собственное мнение, приведу одну цитату, датированную маем 1999 года:

'Главным достижением демократии, главным условием развития рыночной экономики в России было объявлено обстоятельство, что отныне каждый человек может и должен заботиться о себе сам. Сам добывать себе работу, пропитание. Сам заботиться о себе, своей семье, будущем детей. Сам защищать себя от жуликов, бандитов, грабителей. Короче, государство не собес, власть не нянька - получил свободу, пользуйся на все сто. Только налоги не забывай платить. И чтобы без претензий. Ничего не скажешь, постановка вопроса радикальная. В итоге российское государство отреклось от своих граждан'.

Содержимое этой цитаты, взятой из статьи журналиста и политолога Виктора Гущина, практически не утратило своей актуальности за пять лет, минувшие со дня ее опубликования в 'Независимой газете', которая в конце 90-х изо всех сил пыталась оправдывать свое название. А если вернуться конкретно к нашей проблеме: разве сейчас новые собственники не предлагают работникам 'поглощенных' производств, дружно, всем коллективом воспользовавшись завоеваниями демократии, позаботиться о себе самим? В результате закрытия целого ряда предприятий легкая промышленность Москвы потеряла за три последних года 5300 человек, что составляет 18 процентов от общей численности работающих. Цифра могла быть большей на 2 - 3 тысячи, если бы не линия правительства Москвы, отличающаяся от политики 'пассивного попустительства' федеральных структур. Сейчас в Мосгордуме в третьем чтении принят Закон 'Об особенностях использования земельных участков в целях сохранения промышленного потенциала Москвы'. Думается, по этому поводу в будущем предстоят большие дебаты, учитывая высокую 'идейность' в вопросах земельной политики целого ряда высокопоставленных сотрудников бывшего Министерства имущественных отношений РФ, привитую им 'отцом земельной реформы', бывшим первым заместителем министра г-ном Аратским. Правда, сейчас, когда в федеральном правительстве происходят преобразования, сопоставимые, по некоторым оценкам, с реформами 1991 - 1992 годов, пока что быстрого окрика, возможно, не последует - недосуг. Но его надо ожидать, готовясь к любому повороту событий.

Если же вернуться к вопросам теории - не нужно быть профессионалом, чтобы понять: сам по себе рынок в рассматриваемых нами случаях не способен решить ряд задач, важных для общества. А в частности, самую важную задачу - социальную.

Значит, такой рынок, с его голыми притязаниями на прибыль ради прибыли, нуждается в цивилизованном одеянии, иначе это будет сплошное бесстыдство. Власть в демократическом обществе именно для того и существует, чтоб не допускать откровенного 'бесстыдства' - с маски-шоу и выставлением коллективов за ворота предприятий. Она обязана по крайней мере соизмерять свои действия с обещанием главы государства, заверившего, что второй срок своего президентства посвятит борьбе с бедностью...

'Целесообразность прежде всего?' Ребята, хором скандировавшие этот 'категорический императив', кажется, в основном уже отошли от руля управления страной. Но все ли? И преодолен ли закон инерции?..

Фактор четвертый: теневой

В прошедшем недавно 'круглом столе' в Московской торгово-промышленной палате на тему 'Перспективы развития текстильной и легкой промышленности в Москве' принимали участие представители Департамента промышленности Министерства промышленности и энергетики РФ и Департамента науки и промышленной политики столицы, руководители предприятий, отраслевых и профессиональных союзов. Особое внимание на этом совещании было уделено вопросам защиты внутреннего рынка. Открытость России для массового ввоза не всегда качественной продукции негативно сказывается на развитии отечественного производства. Достаточно назвать две цифры, исчерпывающим образом характеризующие этот процесс. Объем производства отрасли в потребительских ценах составляет примерно 90 миллиардов рублей. А емкость рынка превышает 400 миллиардов. Резерв - 75 процентов, но он заполняется в основном 'ширпотребом' из Турции, Китая, Польши. Большая часть товаров, реализуемых на наших крупных оптовых рынках, не лицензирована. Если и есть какая-то лицензия - она скорее всего фальшивая, сделанная на компьютере. А начни разбираться -концов не найдешь. Впрочем, с таким положением, кажется, смирились в федеральном правительстве. Легкая и текстильная промышленность не отнесена к приоритетным отраслям и, согласно прогнозу социально-экономического развития РФ на 2004 - 2006 годы, развитие этой отрасли будет проходить в условиях доминирования дешевых импортных товаров на внутреннем рынке и при ограниченном спросе населения.

Отсутствие продуманной таможенно-тарифной политики государства, защищающей отечественного производителя, приводит к неожиданным парадоксам. Как заметил выступивший на заседании 'круглого стола' председатель комитета по проблемам легкой промышленности МТПП Дмитрий Туркин, с одной стороны, пошлины на ввозимое оборудование не позволяют нашим предприятиям модернизировать свое производство, чтобы выпускать конкурентоспособную продукцию. А с другой - они не защищают российский рынок от ввозимого серого импорта и теневого отечественного производства.

- Наверное, промышленная политика в стране начнется тогда, когда закончится нефть, -пошутил один из участников 'круглого стола'. Но никто не улыбнулся. Все отнеслись к этому серьезно.

Фактор пятый: конкурентный

С точки зрения федерального правительства, перспектив, как мы убедились, практически нет. Легкую промышленность перестали выделять отдельной строкой в бюджете, она попала в разряд 'Прочее'. Лишь благодаря инициативной работе общественности и профсоюзов для поддержания отрасли выделено... 50 миллионов рублей. Эта цифра говорит сама за себя.

В конечном счете, однако, значимость любой отрасли определяет мнение рядового покупателя и продавца.

На разных торговых объектах столицы я провел опрос примерно 20 человек, попросив их откровенно высказаться о качестве товаров нашей легкой промышленности и перспективах ее развития. Приведу два наиболее характерных мнения.

Зоя Маменко, москвичка, покупательница:

- Преимущество наших товаров перед импортными в том, что они учитывают специфику нашей страны - российский климат и габариты наших людей. Вообще в последнее время, если уж что-то российское пробивается на рынок, то оно заслуживает внимания. Мне, например, очень нравятся отечественные женские костюмы. Они бывают, с одной стороны, дешевы и оригинальны по дизайну, а с другой - очень приспособлены к нашему межсезонью - тому среднему состоянию между весной, летом и осенью, которое, по существу, уже навсегда заменило собой эти времена года в 'чистом' виде. Вот эти два преимущества наших товаров я бы выделила. Жаль, что их мало на прилавках магазинов и на рынках.

Олег Алексеев, предприниматель без оформления юридического лица (ПБОЮЛ), москвич, в прошлом - инженер:

- Пока что сказать о наших товарах хорошее я не могу, хотя очень бы хотелось. Часто руководители предприятий этой отрасли ссылаются на дешевую рабочую силу в Китае. Действительно, пошив одного женского пальто (речь идет только о стоимости работы) при массовом заказе обходится в Китае всего в 1, 5 доллара. Но намного ли дороже рабочая сила у нас? Моя продавщица до недавнего времени работала на швейном производстве. За каждую молнию, вшитую в брюки, ей начислялось всего по 1 6 копеек. Выходит, чтобы накопилось 1600 рублей, через ее руки должно было пройти 10 тысяч единиц продукции... Нет, дело тут в другом. Нашей легкой промышленности нужны свои идеи, брэнды, которые бы стали национальным достоянием и могли конкурировать с зарубежными. Но для этого, конечно, нужна поддержка государства. Давно специализируясь на торговле швейными изделиями, я начал изучать историю отрасли. И пришел к выводу, что легкая промышленность у нас пережила в своей судьбе два непродолжительных 'ренессанса'. В 1913 году в России объем продукции, производимой этой отраслью, составлял больше половины всех промышленных объемов. Второй 'светлый' период - это примерно 1987 - 1988 годы.

Государственная поддержка еще сохранялась, а мелкая опека - сколько и чего производить - уже прекратилась. И я помню, что тогда у нас действительно появились качественные и конкурентные отечественные швейные товары. Но через несколько лет в стране все затрещало. И так до сих пор и стоит этот треск... (Анвар ТАВОБОВ; Московская правда, Москва).

Следующая новость: 28.06.2004 Бренды на вешалках

Предыдущая новость: 01.06.2004 Счет неэкономным расходам идет на сотни миллионов рублей

Последние новости раздела «Швейные изделия»

10.12.2017 Слишком много денег
05.10.2017 В первые семь месяцев рост экспорта текстиля и одежды через КПП Хоргос вырос на 34,5 проц.
12.07.2017 Объем рынка постельного белья в России в 2016 году уменьшился до 91 тыс. тонн, что меньше показателей 2015 года на 3,7%
12.07.2017 Союзлегпром организовал совещание торговых сетей и производителей домашнего текстиля
18.01.2017 Messe Frankfurt и Союзлегпром заключили Соглашение о международном сотрудничестве на ведущей отраслевой выставке Heimtextil 2017
29.07.2016 В 2015 году объем видимого потребления постельного белья в натуральном выражении сократился на 40% по сравнению с 2014 годом

Вернуться к разделу Текстильные новости: Швейные изделия

Для клиентов:
Обзоры рынка текстиля: хлопковое волокно
Обзоры рынка текстиля: химические волокна и нити
Обзоры рынка текстиля: швейные изделия
Обзоры рынка текстиля: льноволокно
Обзоры рынка текстиля: шелк и техноткани
Обзоры рынка текстиля: шерсть и ковры
 
Свободный доступ:
Текстильная торговая площадка «Анитэкс»
Новости текстильного и сырьевого рынков
Московский индекс хлопка (MCI)
 

 
 
Поиск по сайту
Rambler's Top100